Эн-наатари
Дорогу осилит идущий
По преставлениям нанайцев и ульчей, весь мир населен духами, различными по функциям, внешнему виду, свойствам и отношению к людям. Одни духи связаны с тайгой, другие — со сферами воды, земли, гор, огня и так далее. Все они оказывают большое влияние на жизнь человека. Вот некоторые из них.

Амбан. Духи амбан почти никогда не подчиняются воле человека, по крайней мере очень редко. Шаманы обычно не делали их фигурок. Существуют поверья, что особо одаренные, сильные шаманы все же могут их себе подчинить.

Аями. Термин «аями» связан с эвенкийским словом ая — «милый», «добрый», «хороший», «близкий». Аями считаются особой группой духов: они активны и способны регулярно работать с шаманами. По этой причине большинство из них — духи-помощники. Шаманы большое значение придавали качеству изготовления фигурки для этого духа, поскольку считалось, что если ее плохо сделать, то дух станет бояться в нее входить. Для фигуры использовались тополь, черная береза или ива (один из ее видов). Как правило, ее делал отец или брат будущего шамана. При рубке дерева для статуэтки необходимо было неукоснительно соблюдать условие: оно обязательно должно было упасть на восток и ни в коем случае не на запад, поскольку это направление относилось к миру покойников (сторона мертвых).

Городе Низовые нанайцы думали, что духи городо живут в тайге, у истоков реки Симин, на сопке Нгэво. Считалось, что дух городо приходит ко всем, но степень вызываемой им болезни (сильная боль в груди и голове) у каждого человека неодинакова. Эта группа духов, согласно представлениям шаманов, имела над собой «начальников» — антропоморфных духов луг' луки, обитавших в тучах. Надо сказать, что представления о «начальниках» у шаманов были неодинаковы. Так, одна из шаманок утверждала, что у городо хозяин не луг' луки, а Хурэн Эдени — хозяин сопки. Хозяева заботились о своих «подчиненных» — похищали душу человека, чтобы тот сделал фигурку — «жилище» для духа городо.

Духи луг' луки относились к болезнетворным духам, по этой причине похищение ими души человека связывалось с болезненными явлениями. Считалось, что, похитив душу, они летают с ней высоко в тучах, где очень сильный ветер, от чего у больного «крутилось в голове».



Обычно изображение духа городо представляло собою обрубок бревна длиной 10 — 120 см, диаметром от 7 — 8 см до полуметра. Он не имел ни рук, ни ног. Лицо часто было двугранным, с намеченными ртом и глазами. Последнее обязательно, поскольку и нанайцы, и ульчи считали, что, пока на деревянном лице духа нет глаз, это просто деревяшка. Имея глаза, дух мог «говорить», то есть становился живым. Бревно, символизирующее духа, ставили вертикально. На голове вырезали 3, 5, 7, 9, 18 или 27 «ро-жек», представляющих собой также маленькие фигурки духов. Их называли начали, керген, бучу или маси. Каждая из них являлась самостоятельным духом (она могла «говорить», «кричать», но понять их было невозможно). Все они символизировали «кружение» в голове больного.Сэвэн. Духов еэвэн существует огромное количество, и они живут независимо от людей. Некоторые из них приходят к человеку (не обязательно шаману), чтобы заставить его заботиться о себе. Если же избранник отказывался служить духу, то после прикосновения к нему еэвэна он заболевал. Некоторые духи из этой группы служили шаманам в качестве духов-помощников.
Хоралико. Представления о хоралико («ревнующем духе») прослеживаются у всех групп нанайцев. У ульчей и орочей он назывался хуралику дусэ — «ревнующий тигр». Иногда его также называли пурэн амбани (тигр). Некоторые нанайцы говорили, что парой к духу хоралико был дух бучилэ. В прошлом его изображение имела каждая женщина, так как считалось, что от него болели только женщины (в основном это были женские болезни, а также болезни рук, ног и головные боли). Нанайцы говорили, Что он любил и ревновал женщину к ее мужу, трогал ее, чтобы на обратила на него внимание. Чтобы избавить женщину от мучений, делали деревянное изображение в виде тигра, куда после камлания и «помещали» духа. Во время камлания для больной женщины, если вносили принадлежавшую ей фигурку духа в дом, муж уходил в другой конец комнаты, ибо хоралико ревнует женщину, и поэтому ему неприятно, если муж находится рядом с ней. Если же женщина снова заболевала, ей необходимо было покормить хоралико — окурить его багульником. Хоралико, будучи по своей природе таежным духом, также помогал в охотничьем промысле мужу женщины, с которой он был связан. Охотники часто приписывали свои удачи духам-помощникам. В этом случае в благодарность за помощь даже сам муж менял стружки на фигурке духа, заменял его старый шалашик новым и окуривал багульником. Некоторые утверждали, что хоралико помогает и на рыбалке. Нанайские шаманы верили, что этот дух (как и многие другие) весьма чувствителен к различным домашним запахам, он не переносит запахов жареного и пролитого на плиту супа, от этого ему делается нехорошо, а если плохо духу, то и хозяину тоже будет плохо. Именно по этой причине его и фигурки других таежных духов держали всегда в тайге в небольшом двускатном (реже — коническом) шалашике около священного дерева туйгэ, имевшегося у каждой семьи. В дом изображение духа вносили только два раза в год во время ритуального кормления. Перед этим дом хорошенько окуривали листьями багульника и строго соблюдали запреты, касающиеся его нелюбимых запахов. Чаще всего в этот период вообще не готовили пищу.



Исключение — если кто-нибудь из обитателей дома заболевал. Тогда устраивали внеочередное кормление, а на шее фигурок духов меняли ритуальные стружки.

Так осуществлялось «ухаживание» за духом. Статуэтки находились в доме до выздоровления больного. Потом их снова уносили в тайгу.
Эдехэ. Этот дух служил простым охотникам. Связь с охотниками объясняется тем, что эдехэ приходил с неба, с того места, где имеется пушнина. Именно по этой причине он всегда знал хорошие места в тайге и сообщал о них охотнику во сне. Своеобразие эдехэ заключается в сходстве с духом-помощником шамана. Он выбирал себе человека, сам являлся к нему (или становился причиной его болезни), а потом служил ему всю жизнь. Более того, говорят, что к человеку приходил тот же дух, который служил и его предкам, что очень напоминает «поведение» духов-помощников многих шаманов.


О том, что к человеку пришел эдехэ, как правило, сообщал шаман во время болезни охотника. Он же с изготовленной для больного фигуркой духа отправлялся на небо в «главный табор» эдехэ, а по возвращении объяснял, что там взял духа, служившего родным заболевшего. Пока шаман камлал больному охотнику, родственники последнего молились и приносили дары верхним духам. После проведения всех церемоний эдехэ всегда должен был оставаться рядом с охотником, и тогда тот во сне мог видеть своих умерших родственников, указывавших ему, где искать зверя. Многие духи эдехэ в силу своих положительных особенностей служили и шаманам, выполняя роль духов-помощников. У некоторых ульчских шаманов эдехэ был главным духом-помощником. Нанайские шаманы верят, что дух эдехэ приходит к ним задолго до посвящения в шаманы. У ульчей молодой шаман получал этого духа лишь в результате «шаманской болезни». Ульчи считают, что дух эдехэ постоянно находится на небе, а его фигурка, носимая обычно шаманом на шее, всего лишь его «макет», через который «пища» во время обряда кормления духа попадает прямо на небо.


Считалось, что злой дух бучилэ умеет принимать облик человека, горностая, нитки, орнамента, цыпленка, щенка, иголки и так далее.
К особой группе шаманы относили духов, обитающих в тайге на горелых местах: дегдэр ярга — дух барса; дегдэр мари — дух леопарда.
Также много водяных духов (тэму сэвэн): гемдур ярга — «водяной леопард»; пуймур — «водяное чудовище»; тэмудуэнтэ — «водяной медведь» (тэму— «водяной», дуэнтэ — «таежный», то есть «водяной таежный зверь-дух»); муэ мудурни — «водяной дракон»; муэ синггэрэ — «водяная мышь»; хэрсуй тэму— «водяной тигр»; муэ муйки — «водяная змейка»; муэду — дух в виде выдры; аян — дух в виде черепахи; дярголь — дух в виде фантастического зверя.

Нанайцы верили, что есть места, где духов особенно много (обычно имелись в виду зловредные духи — бучилэ, бусиэ и другие), по этой причине некоторые урочища считались особенно опасными. Так, исследователи отмечали, что вплоть до шестидесятых годов прошлого века никто из охотников не промышлял на речке Симин, хотя, по слухам, там было много промыслового зверя. Охотники боялись козней злых духов и поэтому старались избегать этого места.
В большинстве случаев духи представлялись в антропоморфной или зооморфной форме. При этом они могли принимать любую внешность (особенно это относится к разряду злых духов) — людей, домашних животных, но чаще — хищников. Так, некоторые народы Нижнего Амура представляли таежных духов дуэнТэ в виде медведей, а духи хапун и мухан, вызывающие боли в животе, по форме напоминают соответственно тигров и собак. Тигра обычно изготовляли сидящим, стоящим, лежащим на спине или боку, с всадником на спине, с крыльями, иногда даже с лицом человека. На тело тигра краской наносили полосы, кружочки и крестики разных цветов.

О том, как выглядит тот или иной дух, узнавали из сновидений шаманов. Они подробно рассказывали об этом родственникам и людям, присутствовавшим на камланиях.
Облик медведей и тигров принимали также духи таежной группы дегбор дуэнтэ. Считалось, что весной во время ледохода, когда льдины сталкиваются между собой, дегбор дуэнтэ (дух-хозяин прибрежного льда, громоздящегося весной у берегов, изображался в виде медведя или тигра) ударяет человека по внутренним органам, что и приводит к заболеванию. Подобные образы принимали и многие водяные духи, которые, согласно нанайским поверьям, вызывали различные женские заболевания.

Фигурки — вместилища для духов обычно изготавливали из тканей, дерева, болотных кочек, сухой травы, реже — из металла. Небесных духов для исцеления нанайцы также изображали на бумаге. Однако далеко не для каждого духа имелось изображение, о некоторых из них шаман только упоминал во время камланий.
К тканевым и бумажным изображениям чаще всего прибегали верховые нанайцы. Рисунки с фигурками духов на бумаге и ткани назывались гирки или нируку. Группа рисунков духов (как правило, это были изображения уток, змей колиан, оводов сигакта и другие), помогающих от головной боли, называлась унгипту. Их обычно рисовали на тканевой шапочке, предварительно совершая обряд очищения материала. Существовали и свои нюансы. Так, если шаман определял, что причиной головной боли является дух Сагди Ама, шапочка называлась Сагди Ама унгипту. В таком случае на ней рисовали не самого Сагди Аму, а только его духов-помощников.
Шаманы практически никогда сами не делали вместилища для духов. Они максимально подробно объясняли мастеру-изготовителю, как выглядит тот или иной дух, его особенности и отличия, чтобы фигурка была сделана как можно точнее. Тем не менее волей-неволей в фигурки духа
мастера
неизбежно вносили какие-то иные, подчас неуловимые черты. Но, даже несмотря на это, выработались и общие принципы, позволяющие различать если не все, то многие изображения духов. Следует отметить, что у низовых нанайцев были распространены изображения некоторых духов, отсутствующих у верховых. В основном это духи «близнечного комплекса» и многочисленные духи тайги (дуэнтэ). К повсеместно узнаваемым можно отнести изображения духов городо, хапун, мухан, бучу (болезнетворный дух ант-
ропоморфного вида с остроконечной головой), амбан сэвэн, огингга, вызывающих болезни, диулин (духи-покровители людей, хозяева жилищ).
Некоторые изображения духов были комплексными. Например, с амбан сэвэн эдени («начальником» духов амбан сэвэн) часто соседствовали еще две фигуры ярга (пятнистого леопарда) — помощники главного духа.

В зависимости от назначения духа его фигурку хранили в доме, амбаре, в тайге и так далее. Некоторые носили ее на себе в виде амулета. А. В. Смоляк пишет: «У нанайцев Кондона в 1958 г. мы видели на молодой женщине тканевый обруч — узкую полоску ткани вокруг головы, державшуюся с помощью двух перекрещивающихся на макушке тесемок. К тканевому обручу на лбу и висках были пришиты маленькие (2 — 2,5 см) деревянные фигурки духов в виде медведя, якобы вызывавших головную боль у этой женщины».
Для каждого изображения или фигурки шаман камлал, чтобы поместить в него дух. В противном случае оно оставалось пустым, то есть самым обычным кусочком бумаги или дерева. Кроме того, впоследствии своих духов обязательно нужно было кормить, то есть приносить им жертвы. Некоторые шаманы, принадлежащие другим культурам, кормят своих духов-помощников кровью, которую высасывают во время лечения. Духи «вкладывались» и в покупные изображения иноземных богов, которые со временем переписывались народными умельцами, и уже шаманы наделяли их совершенно иными свойствами, в зависимости от того, какой дух в него был помещен во время камлания.
Небольшие фигурки духов очень часто использовались для целительства. Так, при болезни сердца делали деревянную антропоморфную фигурку, на которой было четко обозначено сердце (вырезалась небольшая выпуклость на груди). Ее носили на груди. Она так и называлась — «сердечко» (миавалдако).



При болезни суставов изготовляли коргиру — небольшую цепочку, вырезанную из цельного куска дерева. На последнем звене, как правило, изображали лицо. Нередко в этих же случаях делали фигуру медведя с лапами в виде цепочки из двух звеньев. Этим символизировались здоровые, подвижные суставы.
При других заболеваниях шаман обычно изготавливал фигурки духов диулин и маси, так как, согласно поверью, они охраняли здоровье, изгоняли злых духов, проникающих в жилище, а также помогали своим хозяевам в промыслах. Поэтому во всех обрядах, особенно во время ежегодных молений небу перед началом охоты, обязательно обращались к этим духам.
Обычно диулин и маси изготавливались в виде антропоморфных существ с толстыми ногами, округленной головой, уплощенным лицом и без рук (у некоторых фигурок на груди делали небольшие выпуклости для различения женских духов). Размеры статуэтки могли быть от 15 — 20 см до одного метра и более.

Нанайцы и ульчи делили духов на «обыкновенных» — сэвэн — и злых — амбан. Между ними практически отсутствовали отношения соподчиненности. Их появление относится уже к более позднему периоду развития представлений (в первую очередь это касалось нанайцев). Изображений злых духов, как правило, не делали.
Почти каждому духу были свойственны как положительные, так и отрицательные качества.
Злые духи, по представлениям нанайцев, жили в тайге, в воде, на небе. В тайге они вредили промыслам, забирались в шалаш к охотнику, и он заболевал. Чтобы заманить к себе человека, они привлекали его криками. Иногда их видели летающими в виде искр. Злые водяные духи и их глава гали амбани ТОПИЛИ людей. У ульчей существуют две легенды о происхождении злых духов. Первая из них гласит, что давным-давно в тайге жила одинокая женщина. Однажды она родила мальчика и девочку и бросила их в реку. Но дети не утонули, течением их вынесло на берег, но по разные стороны: мальчика — возле дерева пунгда (тальник), а девочку — к кэндэлэн (акация). Чтобы не умереть от голода, они питались грибами и прочими дарами леса.
Прошло пятнадцать лет. Дети выросли, и вот в один из дней, ничего незная друг о друге, они встретились. Между ними вспыхнула любовь, и они решили жить вместе. Построили дом, и вскоре у них появились свои дети, тоже мальчик и девочка.
Как-то мальчик пошел на охоту, но так и не смог никого убить. Все звери смеялись над ним, каждый из них говорил:
— Как ты, зайчонок, тукса (так ульчи называли ребенка, рожденного без отца), можешь убить меня?
Юный охотник расстроился. Вернувшись ни с чем домой, он стал расспрашивать мать, не знает ли она причину его неудачи. Она не отвечала до тех пор, пока сын не стал угрожать ей ножом.
— Ах, мои любимые сынок и доченька, все ваши беды от того,
что мы с вашим отцом стали мужем и женой, не зная, что на самом деле были родными братом и сестрой. Услышав это, мальчик зарыдал и сквозь слезы закричал:
— Я не хочу больше здесь жить!
Он выстрелил из лука и, ухватившись зубами за стрелу, улетел на небо, где стал небесным злым духом-тигром дусэ (унде амбаи онды). Это главный злой дух, вызывающий сумасшествие и сильные боли в сердце.
А сестра сказала:
— Я стану ибаха онды, буду сводить людей с ума здесь, на земле.
Когда дети покинули дом, их родители также стали злыми духами. Отец — духом дуэнтэ дусэ (таежным чертом, насылающим разные болезни), а мать — гэму дусэ (по другим источникам — хуралику дусэ сэлчэни; и то и другое — злые духи, главные в своих сферах, которые забирают души людей и мучают их).
Вторая легенда о происхождении злых духов была записана А. В. Смоляком со слов шаманки села Булава. Некогда было большое село. Люди жили в нем тихо и мирно до тех пор, пока на них не напал трехголовый дракон. Однажды он подхватил женщину с двумя ее детьми — мальчиком и девочкой. Испугавшись, что дракон унесет их к себе в логово и там съест, она бросила своих
детей вниз. Девочка упала на тальники, а мальчик — на лиственницу- Как и в первой легенде, дети выросли, встретились и, не зная о своих тесных родственных связях, поженились. Прошло несколько лет, и у них уже появились свои дети. И вот однажды, надев отцовские лыжи, мальчик отправился охотиться на медведя. Но не успел он натянуть тетиву на своем луке, как медведь спросил его:
Эта новость так поразила мальчика, что он упустил медведя и после этого уже не мог никого убить, даже рыбу, и ту словить не мог. Все звери смеялись над ним и убегали.
В слезах он вернулся домой и спросил родителей, правда ли то, что ему сказал медведь.
— К несчастью, да, — ответили они.
И тогда в отчаянии сын продолбил во льду три лунки и сказал:
— Я ухожу в водяное царство и буду тэму дусэ — «водяным тигром».
— А я, — сказала его сестра, — ухожу в тайгу и стану духом
Отец стал духом ярга дусэ (он дает как соболей, так и болезни), а мать — адау дусэ, злым духом в виде тигра.
Возникновение злых духов связывалось не только с кровосмесительными мотивами, что, кстати сказать, указывает на древность подобных представлений. Приведенные выше легенды, возможно, являются модификацией более древних сказаний. Согласно поверьям, многие из злых духов родились на войне — от взрывов пороха, разложения трупов и прочих разрушительных явлений.
От козней злых духов можно было избавиться различными способами, но простому человеку, в отличие от шамана, сделать это было достаточно сложно. Вот маленький рассказ о том, как один шаман перехитрил злого духа мя огбони, который обычно предстает в образе железного человека.
Однажды мя огбони, стремясь обмануть охотника, принял образ прекрасной женщины, тонущей в озере, а рядом поставил железный крючок; надеясь, что охотник бросится на помощь и зацепится за крючок. Проходящий мимо шаман увидел приманку, поставленную злым духом, но по ошибке все равно попался на крючок. Он не растерялся и стал петь песню, да так красиво, что мя огбони заслушался. Пока же он слушал, очарованный песней, шаман освободил себя от крючка и убежал.
Простые люди боялись встречаться со злыми духами. Поэтому чаще всего с ними имели дело только шаманы, в чьей практике борьба с ними была широко распространена. В основном это было под силу тем шаманам, которым покровительствовал какой-либо небесный бог, поскольку только они могли иметь железную сетку (укур), которая использовалась и во время борьбы со злыми духами за похищенную душу больного. Сеткой шаманы ловили злого духа и помещали его в сверток из сухой травы. Сверток многократно обматывали куском рыболовной сети, обертывали в бересту (или помещали в маленький ящик) и укрепляли в углу под потолком дома. До него не дотрагивались многие годы, так как боялись, что зловредный дух вырвется на волю. Также нельзя было произносить и его настоящее имя сайка или сэлчэ, иначе он обидится, рассердится и натворит бед. Напротив, его старались успокоить, говоря: «Теперь ты будешь у нас хозяином дома, сторожи, чтобы мы не болели, а мы тебя будем кормить». Если в дом приходил гость, заточенного злого духа необходимо было задобрить, чтобы он не накликал несчастья. Для этого часть принесенного гостем угощения непременно давали «поесть» духу. Рядом с ним вешали листик табака. Если заболевал ребенок, в направлении духа брызгали рыбьим жиром или
окуривали сверток багульником.
Как и в остальных шаманских традициях, многие шаманы народов Нижнего Амура объясняли наличие своих способностей или тайных знаний содействием духов-помощников. Об их важности говорит простой факт: без них ни один шаман камлать не может. Именно поэтому в шаманском мире они имеют первостепенное значение. Каждый из духов-помощников занимал свое место в деятельности шамана. Например, во время камлания в погоне за злым духом окружали шамана и защищали от всяческих бед, подстерегавших его на пути. Некоторые из них шли впереди, прокладывая путь и уничтожая злые силы.
Шаман порой шел позади духа и по той причине, что некоторым духам было свойственно глотать все попадавшееся на пути. Так ненароком он мог проглотить и самого шамана, если бы тот шел впереди.
Запрет на произнесение имени соблюдался практически во всем, что касалось духов. Шаманы старались лишний раз не произносить его. Когда этнограф попросил сказать ему имя небесного духа-покровителя, шаманка долго не решалась, объясняя это так: «Едва произнесешь его, как он в ту же секунду явится и спросит, что от него требуется. Он очень сердится, если его вызывают без дела». Основная же функция духов-помощников во время камлания заключалась в следующем:
• отыскивать путь, по которому злые духи унесли душу больного;
• бороться со злыми духами, чтобы освободить душу больного;
• доставлять в целости похищенную душу назад больному человеку;
• охранять самого шамана в пути.
Душа больного, побывав среди злых духов и испытав различные мучения, становилась слабой, едва живой. Поэтому ее необходимо было нести обратно бережно и осторожно. На обратном пути шаман постоянно напоминал духу, несущему душу больного: «Осторожнее с душой, не повреди!»
Духи-помощники шаманов привередливы, своенравны, обидчивы (в первую очередь это относится к духам аями и сэвэн, которые не всегда слушались шаманов, капризничали, а порой были просто слабыми и слишком пассивными). Если духу-помощнику что-то будет не по вкусу, он может или сделать шаману какую-либо пакость, или вообще покинуть его. Были случаи, когда духи уходили от своего хозяина вследствие того, что их переманивал другой шаман. Для этого их привлекали свежим мясом (особенно свининой), потому что духи его очень любили. Но при
этом, чтобы дух не стал злым, впоследствии сам хозяин ни в коем случае не должен был кормить его таким мясом, иначе дух мог убить многих людей, и даже хозяина. Свежая свинина использовалась исключительно для того, чтобы переманить духа.
Отмечались случаи, когда шаманы сами изгоняли
духов за излишнюю строптивость. Так, известный нанайский шаман Моло Онинка прогнал одного из своих духов за то, что тот просил слишком много сливочного масла. Но в целом шаманы очень дорожили своими духами-помощниками, относились к ним уважительно и трепетно. Обычно ближайшие духи-помощники появлялись у шамана в период его становления. Иногда шаман заболевал от своих духов-помощников и защитников. Так они проявляли свое недовольство им. В этом случае шаман камлал, разговаривал с ними, выяснял причину их недовольства и по возможности удовлетворял претензии.
Если говорить о существенном различии понятия о духах-помощниках У ульчских и нанайских шаманов, то оно заключается в следующем. У нанайцев духи были индивидуализированы и выступали чаще всего в антропоморфной форме, а у всех ульчских шаманов ближайшими духами-помощниками были одинаковые духи маси и бучу, хотя у каждого было также множество индивидуальных духов, которых имел только данный шаман.
Ульчские шаманы утверждали, что духи-помощники (маси и бучу) постоянно находятся в них, обучая их, как необходимо петь, танцевать и говорить во время камлания и лечения. Вера в это настолько сильная, что шаман даже не давал делать себе уколы, объясняя, что духи-помощники, находящиеся внутри него, могут от этого погибнуть, следовательно, умрет и он. Перед смертью шамана все духи-помощники покидают его.
При всем своем могуществе духи-помощники иногда оказывались бессильны помочь хозяину. В случае тяжелого заболевания считалось, что душа шамана похищена злыми духами, и его собственные духи-помощники здесь бессильны. Тогда приходилось приглашать на помощь другого шамана.
Самым первым духом-помощником у многих нанайских шаманов, как правило, был эдехэ. У ульчских же шаманов было два главных духа-помощника: маси и бучу (хотя эдехэ тоже играл не последнюю роль).
Чаще всего шаманы использовали маси, поскольку он считался более активным и мог быстро летать, а бучу лучше справлялся с охраной дома шамана. Кроме того, у маси было меньше отрицательных качеств, и он не был слишком строптивым и привередливым.
В большинстве случаев духи приходили к шаману «через родство». Это весьма типичное получение духов-помощников. У известного нанайского шамана Моло главные духи, всегда помогавшие ему во время камланий, были получены по родственным линиям:
• от матери — Энин Мама, Майдя Мама, Амбару Энин, Одзял
Мапа;
• от отца — Алха Ама;
• от бабушки (матери отца) — пэргэликтэ пиктэ, гирмэнди та-
лианди.
www.ta1.ru/home/zoterika/3588.htm



@темы: Духи Помощники и Охранники, История Шаманизма